Россия, которой сегодня правит Путин, — это уже абсолютно другая страна. На Красной площади я вспомнил, как в 1992 году приехал сюда журналистом газеты «Аш-Шарк Аль-Авсат», через год после распада Советского Союза. Гуляя по Старому Арбату, я услышал, как один русский что-то громко выкрикивал, и спросил своего коллегу, Сами Амара, что тот кричит. Он ответил мне, что он продаёт форму полковника за 25 долларов. Я подошёл к сваленным в одну кучу униформам офицеров Красной Армии: все было исполнено презрения к старой армии и государству. Когда я вернулся в Лондон, я написал о «больной России — России при Борисе Ельцине», о форме полковника за 25 долларов и Ленине, которого оставили для туристов. Когда рухнула Берлинская стена, Владимир Путин был там. Он также видел сцены унижения на улицах России. Он принял решение и выбрал свой путь: взять историю страны в свои руки, а не плыть по течению.


Поначалу казалось, что Россия так и утонет под тоннами снега и вот-вот вернётся к своему советскому облику. Но Путин начал свою войну. Он возродил дух Красной Армии, восстановил её финансирование и военный аппарат. Усмирил губернаторов областей и местных олигархов, которые нажили своё состояние на советском рубле. Заключил перемирие с Западом на время, пока страна набиралась сил. Ответил на приближение НАТО к границам своего государства, и начал платить по счетам. Он заявил о нерешительности Барака Обамы и нанёс ему удар, а также провёл военную интервенцию в Сирии и спас режим, «падение которого ожидалось в течение двух месяцев». И здесь российское решение опередило остальные.


Сирийский кризис стал его шансом ответить на то, что он называл «вероломством Запада» в Ливии, а также прекрасной возможностью отомстить всем «цветным революциям» и правозащитным организациям и выбить исламистов с российской земли. Кроме того, кризис в Сирии дал возможность напомнить, что Россию нельзя сбрасывать со счетов.

Это слишком легко, добавь еще парочку!​

Однако есть проблема, которую царь пока так и не смог решить. Снижение цен на нефть показало, что его правление не привело к экономическому росту, которого он должен был достичь. Экономика страны всё ещё отстаёт на несколько десятилетий от экономик европейских стран. При этом санкции США и ЕС удвоились. Его надежды на приход к власти Дональда Трампа были обусловлены возможностью заключить сделку. Поэтому сейчас режим ищет партнёров и инвесторов.


В отеле я спросил у молодого человека, который принёс мне кофе, за кого он будет голосовать на предстоящих президентских выборах. Он ответил мне: «Конечно за Путина, потому что он сильный политик. Не важно, нравится вам это или нет, он — тот самый человек, который нам необходим. Он даёт нам чувство уверенности, мы не хотим возвращаться в хаос».


Непросто принять тот факт, что осуществление властных полномочий не истощает президента-лидера. Как и непросто поверить в то, что для большинства он продолжает оставаться гарантом того, что сможет выплыть в бурю. И учёный, и сотрудник отеля — все они убеждены в том, что человек, который изменил судьбу страны, незаменим. Большинство людей следует своей судьбе, и лишь некоторые определяют её сами.